Russian Federation
Russian Federation
Russian Federation
Russian Federation
UDC 616-082
UDC 614.2
Total hip replacement (THR) is one of the most effective methods of surgical treatment for severe degenerative-dystrophic and traumatic lesions of the hip joint [1,2]. The surgery success is largely determined by the quality and consistency of postoperative rehabilitation [6,23]. This article systematizes current data on the stages, methods and principles of rehabilitation of patients after THR. Pathophysiological mechanisms of motor function recovery, basic protocols of exercise therapy, physiotherapy, osteopathy and manual therapy at each stage of rehabilitation process are considered. Particular attention has been paid to a multidisciplinary approach, prevention of postoperative complications as well as the methodology for assessing functional results using validated clinical scales [19-21].
total hip replacement, manual therapy, osteopathy, multidisciplinary approach
1. ВВЕДЕНИЕ
Патология тазобедренного сустава занимает одно из ведущих мест среди заболеваний опорно-двигательного аппарата по распространённости, инвалидизации и социально-экономическому бремени [1]. Деформирующий коксартроз, асептический некроз головки бедренной кости, переломы шейки бедра и дисплазия тазобедренного сустава являются основными причинами тяжёлой функциональной недостаточности нижних конечностей, особенно у лиц пожилого и старческого возраста [11,13]. По данным Министерства здравоохранения Российской Федерации, первичный коксартроз диагностируется у 3–5% взрослого населения страны [1].
Тотальное эндопротезирование тазобедренного сустава (ТЭТС) представляет собой радикальный и высокоэффективный метод хирургического лечения, позволяющий устранить болевой синдром, восстановить опороспособность конечности и повысить качество жизни пациента [18]. По данным мировой статистики, ежегодно в мире выполняется более 1,5 миллиона операций по замене тазобедренного сустава [18], из которых около 100–120 тысяч приходится на Россию [16]. Прогнозируется, что к 2030 году эта цифра возрастёт в 1,5–2 раза, что обусловлено старением населения и расширением показаний к оперативному лечению [18].
Вместе с тем хирургическое вмешательство само по себе не является гарантией восстановления полноценной функции сустава [6,23]. По данным ряда авторов, от 15 до 25% пациентов после ТЭТС испытывают функциональные ограничения спустя год после операции, что во многом связано с дефектами реабилитационного процесса [29]. Современная концепция реабилитации базируется на принципах ранней активизации, этапности, индивидуализации и мультидисциплинарного взаимодействия [22,25].
Целью настоящей статьи является систематизация актуальных данных о принципах, методах и этапах реабилитации пациентов после тотального эндопротезирования тазобедренного сустава, включая роль остеопатических и мануальных техник, а также анализ факторов, определяющих эффективность восстановительного лечения.
2. ПОКАЗАНИЯ И ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ К ТЭТС
Показания к тотальному эндопротезированию тазобедренного сустава определяются на основании совокупности клинических и инструментальных данных [16]. Ведущим показанием служит выраженный болевой синдром, резистентный к консервативным методам лечения и существенно ограничивающий повседневную активность пациента [3,16].
Среди основных нозологических форм, являющихся показанием к ТЭТС, выделяют: первичный и вторичный деформирующий остеоартроз III–IV стадии по классификации Kellgren–Lawrence [13]; асептический некроз головки бедренной кости II–IV стадии по классификации ARCO [3]; медиальные переломы шейки бедра у пациентов пожилого и старческого возраста (тип III–IV по Garden) [4]; диспластический коксартроз и ревматоидный артрит с поражением тазобедренного сустава [13].
Абсолютными противопоказаниями к операции являются: активный инфекционный процесс в области предполагаемого вмешательства или в организме в целом [5]; тяжёлая декомпенсированная соматическая патология, делающая проведение анестезии крайне высоким риском [16]; выраженный остеопороз с невозможностью надёжной фиксации компонентов эндопротеза [11]. К относительным противопоказаниям относятся ожирение III степени, тяжёлые сосудистые заболевания нижних конечностей, нейромышечные расстройства и психические заболевания, препятствующие сотрудничеству пациента [16].
3. ВИДЫ ЭНДОПРОТЕЗОВ И ОСОБЕННОСТИ ОПЕРАЦИИ
Современные эндопротезы тазобедренного сустава состоят из бедренного компонента (ножки), вертлужного компонента (чашки), головки и вкладыша [2]. Материалы включают металлические сплавы (кобальт-хром, титан), керамику (оксид алюминия, оксид циркония) и высокомолекулярный полиэтилен [2,3].
По типу фиксации компонентов эндопротезы подразделяются на три группы [2]. Цементные эндопротезы фиксируются с применением полиметилметакрилатного костного цемента и преимущественно применяются у пожилых пациентов с остеопорозом [11]. Бесцементные эндопротезы фиксируются по принципу первичной стабильности с последующей остеоинтеграцией — их применяют у молодых и физически активных пациентов [2]. Гибридные конструкции предполагают цементную фиксацию бедренного и бесцементную — вертлужного компонента [3].
Выбор хирургического доступа существенно влияет на тактику ранней реабилитации и риск вывиха эндопротеза [2, 16]. При заднем доступе (по Муру) требуется более строгое соблюдение ортопедического режима в раннем послеоперационном периоде [16]. Прямой передний (минимально инвазивный) доступ характеризуется меньшей травматизацией мышц, что способствует ранней активизации и снижает риск вывиха [2].
4. ЭТАПЫ РЕАБИЛИТАЦИИ
4.1. Предоперационный (преабилитационный) период
Современная концепция реабилитации предусматривает начало подготовительных мероприятий ещё до операции [22,25]. Так называемая преабилитация включает физическую, психологическую и образовательную подготовку пациента к предстоящему вмешательству [25]. Цель преабилитации — повысить функциональный резерв пациента, снизить тревожность, сформировать правильные двигательные навыки и мотивацию к активному участию в реабилитационном процессе [10, 22].
В рамках предоперационной физической подготовки пациенту назначается комплекс упражнений для укрепления мышц верхних конечностей и контралатеральной нижней конечности, обучение пользованию вспомогательными средствами опоры — костылями, ходунками [12]. Одновременно проводится коррекция сопутствующей патологии: компенсация сахарного диабета, нормализация артериального давления, лечение анемии, санация очагов хронической инфекции [16]. Установлено, что пациенты с высокой предоперационной информированностью и позитивными ожиданиями демонстрируют более быстрое восстановление функции и более высокую удовлетворённость результатами лечения [10,23].
4.2. Ранний послеоперационный период (1–7 сутки)
Реабилитационные мероприятия начинаются уже в первые часы после перевода пациента из операционной [6, 8]. В первые 6–12 часов после операции, при стабильном состоянии пациента, начинают дыхательную гимнастику: диафрагмальное дыхание, форсированный выдох с сопротивлением — для профилактики застойной пневмонии [12].
Параллельно проводится активная и пассивная гимнастика для дистальных отделов нижних конечностей: тыльное и подошвенное сгибание стоп, круговые движения в голеностопных суставах [28]. Данные упражнения обеспечивают активацию мышечно-венозной помпы голени и являются важнейшим компонентом профилактики тромбоза глубоких вен [15,28]. Между ног помещают абдукционный валик или клиновидную подушку, удерживающую оперированную конечность в положении лёгкого отведения — для профилактики вывиха эндопротеза [2,16].
На 2–3-и сутки, при отсутствии осложнений, пациента вертикализируют [22,25]. Первый подъём осуществляется в присутствии врача или методиста ЛФК, пациент обучается вставать со стороны здоровой конечности с опорой на ходунки [12]. С 1–2-х суток назначаются изометрические упражнения: статическое напряжение четырёхглавой мышцы бедра, ягодичных мышц [8,12]. С 3–4-х суток добавляются активные движения в коленном суставе и поднимание прямой ноги [8]. Болевой синдром купируется назначением нестероидных противовоспалительных препаратов по схеме, что способствует более активному участию пациента в реабилитации [16].
4.3. Подострый период (2–6 недель): ЛФК, физиотерапия, остеопатия и мануальная терапия
На данном этапе реабилитация переходит от ранней активизации к целенаправленному восстановлению мышечной силы, объёма движений и функциональных навыков [6,23]. Занятия ЛФК проводятся ежедневно продолжительностью 30–45 минут [12]. При наличии возможности используется механотерапия: занятия на велотренажёре и аппаратах пассивной разработки сустава (CPM — continuous passive motion) [31].
Комплекс ЛФК включает упражнения на укрепление мышц-стабилизаторов тазобедренного сустава (средней и малой ягодичных мышц, грушевидной, глубоких внешних ротаторов бедра) [12,31]; упражнения для четырёхглавой мышцы бедра и задней группы мышц бедра [32]; упражнения на восстановление баланса и проприоцепции [31]; ходьбу по лестнице под контролем методиста [12]. Постепенно производится перевод с ходунков на костыли с частичной, а затем полной осевой нагрузкой [6].
Физиотерапевтическое лечение играет важную вспомогательную роль [7]. Применяются: магнитотерапия, обладающая противоотёчным, противовоспалительным и анальгетическим эффектом [7]; электростимуляция мышц бедра и голени для профилактики и лечения мышечной атрофии [7]; лазеротерапия в области послеоперационного рубца для улучшения трофики тканей [7]. В ряде учреждений применяется ударно-волновая терапия для улучшения периферического кровообращения и стимуляции остеоинтеграции [7]. Водные процедуры и гидрокинезотерапия назначаются после заживления операционной раны [7].
Начиная с 4–6-й недели, при условии заживления раны и стабильного состояния пациента, в программу реабилитации интегрируются остеопатические и мануальные техники [34]. После ТЭТС у пациентов закономерно формируется комплекс компенсаторных биомеханических нарушений: функциональные блоки в поясничном отделе позвоночника и крестцово-подвздошных сочленениях, миофасциальные дисфункции мышц тазового пояса [34,40]. Остеопатическое воздействие направлено на коррекцию соматических дисфункций без прямого воздействия на зону эндопротеза [34]: применяются мягкотканные техники (миофасциальный релиз, балансирование напряжений) для нормализации тонуса подвздошно-поясничной, грушевидной мышц и ротаторов бедра [38]; лимфатические техники для уменьшения послеоперационного отёка и ускорения резорбции гематомы [34,38]. По данным Licciardone J.C. et al. [40], включение остеопатических техник в программу реабилитации способствует более быстрому восстановлению нормального паттерна ходьбы и снижению болевого синдрома в поясничном отделе позвоночника.
Мануальная терапия в данный период применяется исключительно на смежных со-суставных отделах — жёсткие манипулятивные техники (трасты) на оперированном суставе абсолютно противопоказаны в любые сроки после ТЭТС ввиду риска вывиха компонентов эндопротеза и перипротезного перелома [36,37]. Постизометрическая релаксация (ПИР) мышц поясничного отдела и ягодичной области позволяет снизить мышечный гипертонус и улучшить лимфоотток в тканях, прилегающих к зоне операции [35,37]. Глубокий поперечный массаж по Сириаксу и ишемическая компрессия триггерных точек применяются для устранения миофасциального болевого синдрома в мышцах тазового пояса и поясничной области, сформировавшегося вследствие длительной предоперационной хромоты [39,41]. По данным Cheatham S.W. et al. [41], мягкотканные мануальные техники существенно улучшают качество ходьбы и снижают интенсивность боли в послеоперационном периоде.
4.4. Поздний восстановительный период (6 недель – 6 месяцев)
Целью данного этапа является полное восстановление объёма движений, силы мышц и возвращение к привычному образу жизни [6,31]. К концу 6–8-й недели большинство пациентов с цементной или гибридной фиксацией эндопротеза переходят к ходьбе без дополнительной опоры [26].
Программа ЛФК существенно расширяется: добавляются упражнения на тренажёрах с нарастающим отягощением (жим ногами, отведение бедра) [31]; плавание (кроль, брасс с ограничением ротации бёдер) [32]; скандинавская ходьба; упражнения на равновесие и координацию с усложнением [12,32]. Продолжаются сеансы остеопатической коррекции и мануальной терапии при наличии остаточных биомеханических дисфункций [34,43].
Санаторно-курортное лечение, при отсутствии противопоказаний, назначается не ранее 3–4 месяцев после операции [7]. В условиях санатория применяется бальнеотерапия (радоновые, сероводородные, жемчужные ванны), лечебное плавание, климатотерапия [7].
4.5. Отдалённый период (после 6 месяцев)
Реабилитационные мероприятия направлены на поддержание достигнутых результатов и профилактику нестабильности эндопротеза [17]. Рекомендуются регулярные занятия плаванием, скандинавской ходьбой, ездой на велосипеде [32,33]. Пациентам категорически не рекомендуются виды спорта с высоким риском падений (горные лыжи, контактные единоборства), а также чрезмерные осевые нагрузки на оперированный сустав: бег по твёрдому покрытию, прыжки, поднятие тяжестей [17]. Следует поддерживать нормальную массу тела, поскольку ожирение является значимым фактором преждевременного износа компонентов эндопротеза [17].
5. МУЛЬТИДИСЦИПЛИНАРНЫЙ ПОДХОД
Реабилитация после ТЭТС требует скоординированной работы специалистов различного профиля [22,24]. Хирург-ортопед определяет допустимый режим нагрузки и осуществляет рентгенологический контроль состояния эндопротеза [16]. Врач лечебной физкультуры разрабатывает индивидуальный реабилитационный план и корректирует его в зависимости от динамики состояния пациента [12]. Физиотерапевт подбирает методы физического воздействия с учётом сопутствующей патологии и противопоказаний [7]. Остеопат и врач мануальной терапии устраняют биомеханические дисфункции смежных отделов опорно-двигательного аппарата, дополняя эффект ЛФК [34,35].
Клинический психолог работает с тревожностью и страхом падения — частыми явлениями у пожилых пациентов [10]. Социальный работник помогает в адаптации жилого помещения и обеспечении вспомогательными техническими средствами [24]. Нутрициолог консультирует по вопросам питания, направленного на поддержание мышечной массы и обеспечение организма кальцием, витамином D и белком [11].
Использование специализированных реабилитационных протоколов в рамках мультидисциплинарных команд позволяет сократить сроки госпитализации в среднем на 1,5–2 дня и снизить частоту послеоперационных осложнений [25]. Концепция «ускоренного восстановления» (Enhanced Recovery After Surgery, ERAS), по данным Kehlet H. и Thienpont E. [22], является практическим воплощением мультидисциплинарного подхода и обеспечивает оптимальные клинические результаты.
6. ОСЛОЖНЕНИЯ И ИХ ПРОФИЛАКТИКА В ХОДЕ РЕАБИЛИТАЦИИ
6.1. Тромбоз глубоких вен и тромбоэмболия лёгочной артерии
Тромбоз глубоких вен (ТГВ) и тромбоэмболия лёгочной артерии (ТЭЛА) остаются наиболее грозными послеоперационными осложнениями после ТЭТС [28]. Без профилактических мер частота ТГВ достигает 40–60%, а клинически значимой ТЭЛА — 1–3% [28]. Механические методы профилактики — эластическое бинтование, компрессионный трикотаж, интермиттирующая пневматическая компрессия голеней — применяются с первых часов после операции [28]. Фармакологическая профилактика проводится низкомолекулярными гепаринами или прямыми пероральными антикоагулянтами (ривароксабан, апиксабан) в течение 28–35 дней после операции [15,28].
6.2. Вывих эндопротеза
Вывих — одно из наиболее частых механических осложнений ТЭТС, возникающее в 1–4% случаев [5]. Риск вывиха наиболее высок в первые 3 месяца после операции [16]. Профилактика состоит в строгом соблюдении ортопедического режима: запрет форсированного сгибания более 90° в тазобедренном суставе, приведения и внутренней ротации [2,16]. Именно поэтому мануальные трасты на оперированном суставе абсолютно противопоказаны в любые сроки [36,37].
6.3. Перипротезная инфекция
Перипротезная инфекция (ППИ) относится к наиболее тяжёлым осложнениям ТЭТС, требующим нередко повторных хирургических вмешательств [5,30]. Диагностические критерии ППИ разработаны Workgroup of the Musculoskeletal Infection Society и включают клинические, лабораторные и микробиологические параметры [30]. Профилактика включает периоперационную антибиотикопрофилактику цефалоспоринами I–II поколения [5], тщательный уход за послеоперационной раной и санацию очагов хронической инфекции [16].
6.4. Контрактура и мышечная атрофия
Недостаточная или прерванная реабилитация приводит к формированию стойких контрактур и выраженной атрофии периартикулярных мышц [8,12]. При формировании контрактуры применяются растяжение (стрейчинг), позиционирование, физиотерапевтические методы (ультрафонофорез, парафинотерапия) [7], а также мягкотканные остеопатические и мануальные техники (миофасциальный релиз, постизометрическая релаксация) [35,42].
7. ОЦЕНКА РЕЗУЛЬТАТОВ РЕАБИЛИТАЦИИ
Объективная оценка функционального состояния пациента является неотъемлемой частью реабилитационного процесса [29]. Шкала Харриса (Harris Hip Score, HHS), разработанная Harris W.H. [19], является наиболее широко используемым инструментом оценки функции тазобедренного сустава после эндопротезирования. Она включает оценку болевого синдрома (44 балла), функции (47 баллов) и объёма движений (9 баллов) [19]: результат 90–100 баллов расценивается как отличный, 80–89 — хороший, 70–79 — удовлетворительный, менее 70 — неудовлетворительный.
Индекс WOMAC (Western Ontario and McMaster Universities Osteoarthritis Index), валидированный Bellamy N. et al. [20], оценивает боль (5 вопросов), скованность (2 вопроса) и функциональные ограничения (17 вопросов) по 5-балльной шкале [20]. Опросник SF-36, разработанный Ware J.E. и Sherbourne C.D. [21], позволяет оценить общее качество жизни пациента по 8 субшкалам, включая физическое функционирование, интенсивность боли, социальное функционирование и психическое здоровье [21].
Для оценки двигательных функций применяют инструментальные методы: динамометрию (измерение мышечной силы), гониометрию (объём движений), анализ походки, тест 6-минутной ходьбы, тест «Встань и иди» (Timed Up & Go) [29,32]. Рентгенологический контроль проводится через 3, 6 и 12 месяцев после операции, затем ежегодно [16]. Оцениваются положение и стабильность компонентов эндопротеза, состояние костной ткани в зоне контакта с имплантатом, наличие перипротезных переломов или признаков асептического расшатывания [16].
8. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Тотальное эндопротезирование тазобедренного сустава является высокоэффективным методом хирургического лечения, позволяющим существенно повысить качество жизни пациентов [18]. Вместе с тем достижение оптимального функционального результата невозможно без грамотно организованной, последовательной и индивидуализированной реабилитации [6,23].
Современная концепция реабилитации после ТЭТС основана на принципах ранней активизации, этапности и мультидисциплинарного взаимодействия [22,25]. Включение в программу реабилитации наряду с ЛФК и физиотерапией остеопатических и мануальных техник, применяемых строго на смежных со-суставных структурах, позволяет эффективно устранять биомеханические дисфункции тазово-поясничного комплекса, формирующиеся вследствие длительной предоперационной хромоты и интраоперационного позиционирования [34,35,40,43].
Своевременная профилактика тромбоэмболических осложнений [28], вывиха эндопротеза [16] и перипротезной инфекции [30] является обязательным условием успешной реабилитации. Регулярный мониторинг с использованием шкал Harris Hip Score [19], WOMAC [20] и SF-36 [21] позволяет контролировать эффективность процесса и вовремя вносить необходимые коррективы.
Дальнейшее совершенствование реабилитационных протоколов, широкое внедрение технологий телемедицины, роботизированных систем и виртуальной реальности открывают новые перспективы в восстановлении пациентов после тотального эндопротезирования тазобедренного сустава [18,22].
1. Kornilov N.V., Voytovich A.V., Mashkov V.M. Hirurgicheskoe lechenie degenerativno-distroficheskih porazheniy tazobedrennogo sustava. Sankt-Peterburg: LITO Sintez, 1997. 291 s.
2. Tihilov R.M., Shapovalov V.M. Rukovodstvo po endoprotezirovaniyu tazobedrennogo sustava. Sankt-Peterburg: RNIITO im. R.R. Vredena, 2008. 324 s.
3. Zagorodniy N.V. Endoprotezirovanie tazobedrennogo sustava: osnovy i praktika. Moskva: GEOTAR-Media, 2011. 704 s.
4. Shapovalov V.M., Tihilov R.M., Dulaev A.K. Klinika i lechenie perelomov vertluzhnoy vpadiny. Sankt-Peterburg, 2005. 196 s.
5. Murylev V.Yu., Golyana S.I., Kukovenko G.A. Periproteznaya infekciya. Moskva : GEOTAR-Media, 2018. 104 s.
6. Kavalerskiy G.M., Smetanin S.M. Reabilitaciya bol'nyh posle endoprotezirovaniya tazobedrennogo sustava // Vestnik travmatologii i ortopedii im. N.N. Priorova. 2012. № 3. S. 47–52.
7. Buylova T.V., Shapovalova N.Yu. Fizioterapiya v reabilitacii pacientov posle endoprotezirovaniya tazobedrennogo sustava // Voprosy kurortologii, fizioterapii i lechebnoy fizicheskoy kul'tury. 2016. T. 93, № 4. S. 4–10.
8. Berglezov M.A., Andreeva T.M., Yulina G.V. Reabilitaciya bol'nyh posle endoprotezirovaniya sustavov nizhnih konechnostey // Vestnik travmatologii i ortopedii im. N.N. Priorova. 2004. № 3. S. 63–67.
9. Kinzerskiy A.A., Medvedeva N.A., Kinzerskiy S.A. Ul'trazvukovaya diagnostika i fizioterapiya v ortopedii. Chelyabinsk : Izd-vo YuUGMU, 2014. 178 s.
10. Prohorova M.V., Smirnova L.A. Psihologicheskie aspekty reabilitacii pacientov posle total'nogo endoprotezirovaniya tazobedrennogo sustava // Travmatologiya i ortopediya Rossii. 2019. T. 25, № 2. S. 112–120.
11. Lesnyak O.M., Mihaylov E.E. Klinicheskie rekomendacii. Osteoporoz. Moskva : GEOTAR-Media, 2016. 104 s.
12. Malova M.N. Fizicheskaya reabilitaciya posle endoprotezirovaniya tazobedrennogo sustava. Moskva : Sovetskiy sport, 2010. 144 s.
13. Shostak N.A., Pravdyuk N.G. Bol' v nizhney chasti spiny i sustavah. Algoritmy diagnostiki i lecheniya. Moskva : GEOTAR-Media, 2017. 328 s.
14. Rukovodstvo po protezirovaniyu i ortezirovaniyu / pod red. A.N. Keyera, A.V. Rozhkova. Sankt-Peterburg : CNII protezirovaniya i protezostroeniya, 1999. 624 s.
15. Golyana S.I., Murylev V.Yu., Zhuchkov A.G. Profilaktika tromboembolicheskih oslozhneniy pri endoprotezirovanii krupnyh sustavov // Hirurgiya. Zhurnal im. N.I. Pirogova. 2015. № 11. S. 4–8.
16. Klinicheskie rekomendacii «Endoprotezirovanie tazobedrennogo sustava» / Associaciya travmatologov-ortopedov Rossii. M., 2021. 96 s.
17. Lychagin A.V., Gricyuk A.A., Rukavishnikov A.S. Biomehanicheskie aspekty reabilitacii posle endoprotezirovaniya tazobedrennogo sustava // Rossiyskiy zhurnal biomehaniki. 2018. T. 22, № 1. S. 58–71.
18. Learmonth I.D., Young C., Rorabeck C. The operation of the century: total hip replacement // Lancet. 2007. Vol. 370, № 9597. P. 1508–1519.
19. Harris W.H. Traumatic arthritis of the hip after dislocation and acetabular fractures: treatment by mold arthroplasty // Journal of Bone and Joint Surgery. 1969. Vol. 51A. P. 737–755.
20. Bellamy N., Buchanan W.W., Goldsmith C.H. Validation study of WOMAC: a health status instrument for measuring clinically important patient relevant outcomes to antirheumatic drug therapy in patients with osteoarthritis of the hip or knee // Journal of Rheumatology. 1988. Vol. 15, № 12. P. 1833–1840.
21. Ware J.E., Sherbourne C.D. The MOS 36-item short-form health survey (SF-36). I. Conceptual framework and item selection // Medical Care. 1992. Vol. 30, № 6. P. 473–483.
22. Kehlet H., Thienpont E. Fast-track knee arthroplasty — status and future challenges // Bone and Joint Journal. 2013. Vol. 95-B, Suppl. A. P. 29–33.
23. Westby M.D., Backman C.L. Patient and health professional views on rehabilitation practices and outcomes following total hip and knee arthroplasty for osteoarthritis: a focus group study // BMC Health Services Research. 2010. Vol. 10. P. 119.
24. Minns Lowe C.J., Barker K.L., Dewey M., Sackley C.M. Effectiveness of physiotherapy exercise after knee arthroplasty for osteoarthritis: systematic review and meta-analysis // BMJ. 2007. Vol. 335. P. 812.
25. Husted H., Holm G., Jacobsen S. Predictors of length of stay and patient satisfaction after hip and knee replacement surgery: fast-track experience in 712 patients // Acta Orthopaedica. 2008. Vol. 79, № 2. P. 168–173.
26. Raphael M., Jaeger M., van Vlymen J. Easily adoptable total joint arthroplasty program allows discharge home in two days // Canadian Journal of Anaesthesia. 2011. Vol. 58, № 10. P. 902–910.
27. Berend K.R., Lombardi A.V., Mallory T.H. Rapid recovery protocol for peri-operative care of total hip and total knee arthroplasty patients // Surgical Technology International. 2004. Vol. 13. P. 239–247.
28. Geerts W.H., Bergqvist D., Pineo G.F., et al. Prevention of venous thromboembolism: American College of Chest Physicians Evidence-Based Clinical Practice Guidelines (8th Edition) // Chest. 2008. Vol. 133, Suppl. 6. P. 381–453.
29. Waddell J.P. Outcomes of total hip replacement: are we measuring the right things? // Current Opinion in Orthopaedics. 2007. Vol. 18, № 1. P. 1–6.
30. Parvizi J., Zmistowski B., Berbari E.F. et al. New definition for periprosthetic joint infection: from the Workgroup of the Musculoskeletal Infection Society // Clinical Orthopaedics and Related Research. 2011. Vol. 469, № 11. P. 2992–2994.
31. Trudelle-Jackson E., Smith S.S. Effects of a late-phase exercise program after total hip arthroplasty: a randomized controlled trial // Archives of Physical Medicine and Rehabilitation. 2004. Vol. 85, № 7. P. 1056–1062.
32. Godges J.J., MacRae P.G., Engelke K.A. Effects of exercise on hip range of motion, trunk muscle performance, and gait economy // Physical Therapy. 1993. Vol. 73, № 7. P. 468–477.
33. Mahomed N.N., Koo Seen Lin M.J., Levesque J. Determinants and outcomes of inpatient versus home based rehabilitation following elective hip and knee replacement // Journal of Rheumatology. 2000. Vol. 27, № 7. P. 1753–1758.
34. Novosel'cev S.V. Osteopatiya v reabilitacii ortopedicheskih bol'nyh. Sankt-Peterburg : Foliant, 2015. 208 s.
35. Ivanichev G.A. Manual'naya medicina. Moskva : MEDpress-inform, 2005. 486 s.
36. Sitel' A.B. Manual'naya terapiya. Rukovodstvo dlya vrachey. Moskva : Izdatcentr, 1998. 304 s.
37. Lewit K. Manipulative therapy in rehabilitation of the locomotor system. 3rd ed. Oxford: Butterworth-Heinemann, 1999. 346 p.
38. Greenman P.E. Principles of Manual Medicine. 3rd ed. Philadelphia: Lippincott Williams & Wilkins, 2003. 674 p.
39. Travell J.G., Simons D.G. Myofascial Pain and Dysfunction: The Trigger Point Manual. Vol. 2. Baltimore: Williams & Wilkins, 1992. 626 p.
40. Licciardone J.C., Brimhall A.K., King L.N. Osteopathic manipulative treatment for low back pain: a systematic review and meta-analysis of randomized controlled trials // BMC Musculoskeletal Disorders. 2005. Vol. 6. P. 43.
41. Cheatham S.W., Lee M., Cain M., Baker R. The efficacy of instrument assisted soft tissue mobilization: a systematic review // Journal of the Canadian Chiropractic Association. 2016. Vol. 60, № 3. P. 200–211.
42. Pollard H., Ward G., Hoskins W., Hardy K. The effect of a manual therapy knee protocol on osteoarthritic knee pain: a randomised controlled trial // Journal of the Canadian Chiropractic Association. 2008. Vol. 52, № 4. P. 229–242.
43. Pettman E. A history of manipulative therapy // Journal of Manual and Manipulative Therapy. 2007. Vol. 15, № 3. P. 165–174.
